18 октября исполнилось 76 лет со дня смерти великого художника Михаила Васильевича Нестерова.
Церковная живопись Нестерова до сих пор изучена недостаточно. Исследователи знают, что он работе в киевском Владимирском соборе, был занят в работах по росписи храма Воскресения Христова в Санкт-Петербурге и о росписи храма святого Александра Невского в Абастумани – но только как факты.
Не менее важно и то, что происходило в душе художника в это время, как он переживал эти труды.
Мы знаем, как любил Нестеров Сергиев Посад, как часто посещал Свято-Троицкую Сергиеву лавру и Хотьково. Известно, что Нестеров был не «просто» христианином, но воцерковленным человеком. И это очевидно, если взять за труд вглядеться в его полотна.
Мы не удивим в них страстей и сильных чувств, только поиск Бога.
Советские искусствоведы делили деятельность Нестерова на два этапа: дореволюционный и послереволюционный. Дореволюционный – это работа на лесах, работа над образами, написание различных картин, связанных с церковной тематикой, а после революции художник, мол, переосмысливает себя, открывает в себе талант портретиста.
Но мало кто знает, что подспудно Михаил Васильевич мечтал вернуться к православной тематике, более того, вернулся. Правда, эти сокровенные работы теперь находятся или по частным коллекциям, или по музеям, некоторые уничтожены.
В Церковно-археологическом кабинете Московской духовной академии собраны некоторые работы художника, созданные тогда, когда писать на церковную тему было смертельно опасно.
Например, работа «Всадники» («Легенда»), написанная в 1932 году: Лавра, на фоне которой мчатся куда-то три всадника. Это три старца – Михей, Наум и Варфоломей, посланцы преподобного Сергия, которые должны были освободить монастырь. И действительно, каким-то чудом польско-литовские войска не смогли взять осажденный монастырь, и были вынуждены оставить его: через некоторое время монастырь был освобожден, и осада была снята.
«Страстная седмица», написанная в 1933 г., но датированная 1914 г., чтобы избежать уничтожения и ее, и самого художника. На картине необыкновенный подбор персонажей - Гоголь и Достоевский, несчастная мать с гробиком – и некий загадочный силуэт в самом правом краю работы. Исследователи полагают, что это было изображение Сергея Булгакова. Слева - священник Леонид Дмитриевский, с которым художник познакомился, будучи в ссылке в Армавире.
И все эти люди обращены к Распятию, на фоне посадской, абрамцевской природы.
У подножия Креста - вербы с набухшими почками. И мы понимаем, как надеялся Михаил Васильевич на возрождение религиозной жизни в России, как верил в то, что безбожие, царившее на территории всей страны, не на века.
Еще одна невероятная по силе работа – это «Дозор» или «Сон послушника»: с левой стороны - преподобный Сергий на белом коне, а с правой – спящий на траве послушник. Когда-то эта работа предназначалась биографу Нестерова, Сергею Дурылину (который по каким-то внутренним причинам оставил священническое служение). Но преподобный Сергий охраняет свою землю и паству даже тогда, когда земные служители отошли от дел или дремлют…
По материалам телеканала «Союз»
