Московскiя Въдомости
16+

Михаил Тюркин, историк, политический обозреватель

1914–2014. Сто лет спустя история повторяется?

Ровно сто лет назад человечество стояло на пороге Первой мировой войны. Стартом одного из самых кровавых конфликтов в истории цивилизации считается 1 августа. Именно в этот день немецкий посол в Петербурге Фридрих фон Пурталес дрожащими руками вручил российскому министру иностранных дел Сергею Сазонову ноту об объявлении войны и... прослезился. Однако существует мнение, что Первая мировая началась немного раньше, а именно 28 июля. В этот день сербское правительство получило из Австро-Венгрии телеграмму об объявлении войны.

Как бы то ни было, в дни 100-летнего юбилея со дня начала этой войны «НВ» запускает серию статей под рубрикой «Первая. Мировая. Великая». В ближайшие недели наша газета будет публиковать размышления историков, философов, культурологов, политологов, уникальные архивные документы, фотографии, воспоминания современников, репортажи о памятных мероприятиях…

Открывает же цикл публикаций в рамках спецпроекта статья, посвящённая геополитическим аналогиям между 1914 и 2014 годами и анализу международной ситуации в начале ХХ и XXI веков.

…Первая мировая, унёсшая более 20 миллионов жизней, по праву считается водоразделом между XIX и ХХ веками. Революции в России, гибель великих европейских монархий, появление новых государств, повсеместное «восстание масс», тоталитарные режимы последующих десятилетий, переворот в науке и новые направления в искусстве – всё это рождалось в мучительных схватках 1914–1918 годов. Вызвав, как выстрел в горах, лавину и кучу последствий, она обречена на повышенное внимание специалистов. Но для нас эта бойня интересна и по другой причине – в силу огромного числа параллелей между политической ситуацией начала XXI века и первых десятилетий ХХ века.

Оглянитесь вокруг. При наблюдении за текущими тенденциями порой сложно отделаться от ощущения дежавю: на наших глазах почти дословно «прокручиваются» события столетней давности.

Да, сегодня предсказания грядущей планетарной катастрофы остаются уделом маргиналов, сама вероятность мировой бойни кажется низкой, а вера в торжество разума и прогресса рождает чувство самоуспокоенности. Но разве нечто подобное мы не проходили в 1914 году? А ведь тогда люди искренне верили, что большую бойню можно предотвратить с помощью Гаагских мирных конгрессов!

Как бы то ни было, а в сегодняшнем мире стремительно нарастает политическая напряжённость, множится число локальных конфликтов, набирает обороты гонка вооружений, а между крупными игроками ведётся ожесточённая борьба за «место под солнцем. Чувство общей ответственности за судьбы планеты уступает место радикальным идеологиям, националистическим предрассудкам и милитаристскому угару.

Да и на символическом уровне перекличек хоть отбавляй. Вот в 1912 году в Атлантике затонул самый крупный корабль того времени «Титаник», а в 2012-м – у берегов Италии пошёл ко дну круизный лайнер «Коста Конкордия» (в переводе – «берег согласия»). Далее. 17 июня 1908 года гигантский метеорит упал в районе реки Подкаменной Тунгуски, а 15 февраля 2013 года – метеорит поменьше в Челябинской области. Наконец, некоторые публицисты проводят параллели между… Лениным и Ходорковским, обращая внимание на то, что оба эмигрировали в Швейцарию.

Так повторим ли мы ошибки прошлого? Наступим ли снова на «исторические грабли» столетней давности? Хочется надеяться, что в одну реку нельзя войти дважды. Но для этого необходимо внимательнее присмотреться к аналогиям в международной ситуации начала ХХ и XXI столетий. История на то и существует, чтобы уберегать человеческий род от бесконечных повторений трагедий прошлого, служа спасительным маяком в тумане современности. Недаром же говорят: «Предупреждён – значит вооружён».

Итак, какие же параллели между 1914 и 2014 годами в первую очередь бросаются в глаза?..
 


Начало XX века. Технический прогресс приводит к появлению новых вооружений 
 

Начало XX века. Происходит образование противоборствующих коалиций (на фото – британский король Георг V в сопровождении французских политиков)

Параллель № 1. Мировую экономику охватывает кризис

Учёные давно выявили закономерность: масштабным военным катастрофам обычно предшествуют финансовые потрясения. Так, в 1900–1903 годах мир охватил невиданный ранее кризис перепроизводства, разоривший тысячи малых и средних предприятий. Это привело к появлению монополистического капитализма – крупные концерны из разных стран прикарманили целые отрасли и принялись бороться за сырьё и рынки сбыта.

Следующим этапом стало слияние промышленного и финансового капитала. В 1907 году Банк Англии внезапно повысил учётную ставку в два раза, породив в Европе и США волну банкротств. Попробуй после такой «подставы» получить новый кредит и расплатиться по старым долгам!

Ситуацию в Америке «спас» известный делец Дж. П. Морган, который свои средства «бескорыстно» потратил на поддержку тонущих банков и тем самым разрекламировал идею: «Финансами должны управлять профессионалы-частники, а не малоэффективное государство».

В 1913 году в США появилась Федеральная резервная система (ФРС), которая обладает правом бесконтрольной печати доллара. Акционерами этого «печатного станка» стали 12 банков с Уолл-стрит, завязанные на лондонский Сити. Так окончательно сложилась англосаксонская элита, которая вознамерилась взять под контроль все мировые финансы.

Но для этого нужно было уничтожить альтернативные валютные зоны, принадлежащие Германии, России, Австро-Венгрии и Турции. И именно эту задачу отчасти удалось решить посредством Первой мировой войны, когда конкурентов банально столкнули лбами.

И вот сегодня финансовая система англосаксов, основанная на долларе, является глобальной. Однако к началу XXI века она вошла в полосу тяжелейших испытаний: в 2000 году лопнул пузырь информационных технологий, в 2007-м – ипотечный пузырь в США, в 2008-м пришлось спасать банки, а в 2009-м обнажился долговой кризис…

В чём же причина нынешней «великой депрессии»? Совокупный спрос падает, брать новые рынки сбыта неоткуда (не марсианам же продавать китайские игрушки!), а вечно печатать зелёные фантики, выдавать кредиты и надувать финансовые пузыри невозможно (пирамида долгов рано или поздно рухнет). При этом страны-конкуренты в лице Китая, России, Индии и Бразилии работают над созданием региональных валютных зон, подрывая монополию доллара.

Разумеется, «финансовой аристократии» нужно спасать своё эксклюзивное положение. А как это сделать? Наилучший способ – погрузить в хаос конкурентов, вызвать отток капиталов с периферии системы, загрузить промышленность военными заказами и списать долги под предлогом «форс-мажорных обстоятельств». Как и сто лет назад, решить эти проблемы может большая война.


Параллель № 2. Рост числа локальных конфликтов

Локальные войны, территориальные споры, обострение конкуренции между державами, взаимные претензии – всё это подготавливает горючий материал для последующего пожара. Обычно в предвоенные эпохи столкновения происходят на периферии системы, но при участии ведущих игроков.

«Увертюра» к Первой мировой войне звучала в разных регионах. Бурно развивающиеся США в 1898 году спровоцировали конфликт с Испанией, желая отнять у неё последние колониальные владения – Кубу и Филиппины. В 1898–1902 годах весь мир, затаив дыхание, следил за Англо-бурской войной, в ходе которой сверхдержава того времени сражалась за алмазные прииски в Южной Африке.

Наступление ХХ века только подогрело у всех колониальные аппетиты. В 1904–1905 годах Россия и Япония сошлись в войне за доминирование на Дальнем Востоке. В 1911 году Италия устроила войну против Османской империи за Ливию. Кроме того, нельзя не отметить два Марокканских кризиса – в 1905–1906 и 1911 годах, – когда стремившаяся к экспансии Германия чуть не развязала войну с Францией из-за статуса Марокко.

Увы, но геополитические события в начале XXI века напоминают ситуацию столетней давности – по примеру Британии США сегодня идут по пути развязывания агрессивных войн. В 2001 году Штаты вторглись в Афганистан, контроль над которым позволяет влиять на ситуацию в Китае, России, Индии и Иране, а в 2003 году развернули «крестовый поход» ради иракского чёрного золота. При попустительстве «голубя мира» Барака Обамы в 2011 году нападению западных и ближневосточных «ястребов» подверглась нефтеносная Ливия (как и сто лет назад!) и стратегически важная Сирия.

Рост политической напряжённости ощущается и в других регионах, в том числе на постсоветском пространстве. В 2008 году вспыхнула Пятидневная война в Южной Осетии, а в 2014-м Восточная Украина скатилась в омут гражданской войны. При этом в горячие точки в любой момент могут превратиться Нагорный Карабах, Приднестровье и Средняя Азия, куда после ухода НАТО из Афганистана неминуемо хлынет поток исламистов.

Другой ареной борьбы между державами остаётся Дальний Восток. Бурно развивающаяся Поднебесная уже вовсю конфликтует за нефтеносные острова в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях с Японией и другими соседями, за которыми стоят США. А постоянные провокации на Корейском полуострове вот-вот выльются в лобовое столкновение между Сеулом и Пхеньяном.

Кроме того, нельзя не отметить возможную бойню между великими державами за Арктику, а также тлеющие конфликты в Африке и Латинской Америке, где спор между Британией и Аргентиной вокруг Фолклендских островов лишь один из примеров.

Параллель № 3. Массы охвачены революционным брожением

Социальное напряжение в кризисные эпохи обычно канализируется не только в военное, но и в революционное русло. Массы требуют перемен, мечтают о более совершенном мире и… берутся за оружие. Есть мнение, что правящие круги нарочно провоцируют войны, чтобы отвести от себя народный гнев.

Как бы то ни было, начало ХХ века было отмечено всплеском революционной активности. Так, крупная революция произошла в России в 1905–1907 годах, породив хаос в крупных городах, и в Мексике в 1910–1917 годах. Нельзя не отметить и Синхайскую революцию в Китае 1911 года, которая закончилась низвержением династии Цин и рождением Китайской республики.

А что же сегодня? В первые десятилетия ХХI века человечество вновь почувствовало вкус к революционной борьбе. Всё началось с «оранжевых» переворотов в Восточной Европе – в 2000 году сербская молодёжь свергла Милошевича, в 2003 году Грузию околдовал вождь «революции роз» Михаил Саакашвили, а в 2004 году украинцы лихо отплясывали на Майдане под дудку Ющенко и Тимошенко. Единственным исключением в этом относительно мирном «карнавале» стал путч в Киргизии в 2005-м, который закончился погромами в Бишкеке.

По мере усугубления мирового кризиса градус насилия рос как на дрожжах. «Арабская весна» 2011 года уже породила всплеск насилия на Ближнем Востоке. А второй Майдан в Киеве, где одухотворённых студентов сменили брутальные штурмовики, закончился вооружённым путчем.

При этом стихийные бунты и бурные демонстрации набирают обороты в других точках планеты – в Турции, Таиланде, Боснии, Венесуэле, Бразилии и так далее. И даже в благополучных США и Европе не всё спокойно – тысячи людей выходят на улицы с красными флагами, гонимые кризисными ветрами.

Параллель № 4. Сверхдержава пытается удержать своё лидерство

Любая империя однажды начинает клониться к закату, но при этом мечтает удержаться на олимпе. И если в начале ХХ века в положении дряхлеющего гиганта оказалась Великобритания, то сегодня эта роль досталась США.

Смерть королевы Виктории в 1901 году подвела черту под Викторианской эпохой, когда Англия превратилась в «мастерскую мира» и создала «империю, над которой не заходит солнце». Однако уже на рубеже веков по темпам экономического роста Британию обогнала кайзеровская Германия – на английские рынки хлынули более дешёвые немецкие товары. Как родоначальнице капитализма, Англии было выгоднее вывозить капиталы в колонии, чем вкладывать их в модернизацию устаревших предприятий.

Сегодня в положении британцев оказались США, которые, вкусив плоды победы в холодной войне, со сменой Билла Клинтона на Джорджа Буша в 2001-м тоже начали увядать. Как и Великобритании, Штатам выгоднее использовать свои финансовые козыри, чем модернизировать предприятия, поэтому они перевели львиную долю промышленности в Юго-Восточную Азию. В итоге американский рынок заполонили китайские товары, а сам Китай вот-вот выбьется в экономические лидеры.

Неудивительно, что в сходной ситуации обе державы предпочли действовать примерно одинаково. Великобритания сначала попробовала силой захватить новые ресурсы, но война за южноафриканские алмазы против карликовых бурских республик в 1898–1902 годах вызвала шквал критики в Европе (даже Лев Толстой клеймил английский империализм!). Тогда Лондон, втянув в Антанту часть своих конкурентов, начал стравливать их с другими оппонентами, хотя сам остаться над схваткой не сумел.

Идя по британскому пути, Америка развязала в 2003-м агрессивную войну ради иракской нефти, но тем самым лишилась морального лидерства. Поэтому президент Барак Обама поумерил ковбойский пыл и начал провоцировать хаос под боком у держав-конкурентов – Китая, России и Европы. И что мы видим? Не без помощи США уже полыхают Украина, Сирия, Ливия, а в Азии обостряются противоречия между КНР и её соседями.

Параллель № 5. Растущий гигант борется за «место под солнцем»

Кайзеровская Германия начала ХХ века и сегодняшний «красный» Китай порой напоминают братьев-близнецов. Оба государства столкнулись с похожей проблемой – их потенциал оказался настолько огромным, что они не вписываются в текущий миропорядок. И Германская империя, и КНР поражают головокружительным экономическим ростом, работящим, целеустремлённым населением и ускоренной модернизацией. А ещё современным китайцам, как и сто лет назад немцам, присущ… махровый национализм. Если жители Германии воспевали величие германского духа, то граждане КНР всё громче гордятся своей древней культурой и Срединной империей, которой однажды покорятся «варварские окраины».

Стремясь занять более высокое положение в мире, немцы в 1900-е годы и китайцы в начале XXI века избрали похожую модель поведения. Германия начала захватывать и скупать колонии в Африке (Того и Камерун). А сегодня активность на Чёрном континенте, Ближнем Востоке и в Латинской Америке наращивает Китай. Кайзер Вильгельм II стремился расширить «жизненное пространство» за счёт Балкан, Украины и Прибалтики – китайцы же мечтают вернуть Тайвань и покорить экономически всю Юго-Восточную Азию. Германия в 1905–1906 и 1911 годах попыталась прибрать к рукам Марокко, бросив вызов Франции и Англии. А Поднебесная в 2012-м попыталась отжать острова Сенкако (Даоюйдао), вызвав гнев Японии и США.

Впрочем, между двумя империями одно важное различие. Так, канцлер Бернхард фон Бюлов говорил в стенах рейхстага: «Миновали те времена, когда немец уступал одному соседу землю, а другому – моря, себе оставляя небо. Мы требуем и себе места под солнцем». А вот автор китайского «экономического чуда» Дэн Сяопин выдал своим преемникам такую рекомендацию: «Наблюдайте хладнокровно, не показывайте свои возможности и ожидайте подходящего момента». Следуя этому завету, скромные китайцы имеют гораздо меньше шансов пасть жертвой чужой игры, чем самоуверенные немцы в роковом 1914 году.

Параллель № 6. Образование противостоящих коалиций

Любая мировая война – это всегда противоборство двух коалиций государств, имеющих альтернативные проекты мироустройства. И на рубеже XIX–ХХ веков, и в наши дни наблюдается активное сколачивание соперничающих группировок.

Так, в 1904 году Великобритания и Франция заявили о создании Антанты, договорившись о разграничении своих интересов в Африке и Азии. Оно и неудивительно – старые колониальные державы были заинтересованы в сохранении статус-кво, тогда как Германия рвалась вырвать из их одряхлевших рук часть «колониального пирога». Затем, в 1907 году, к Антанте присоединилась Россия, которую к этой коалиции привязали французские финансовые нити (Париж был тогда главным кредитором Петербурга). Противостояли же Антанте так называемые «державы оси», среди которых задавали тон Германия, Австро-Венгрия, Турция и Болгария.

А какие коалиции мы видим сегодня? С одной стороны, активность проявляет «евроатлантический клуб» (НАТО), который желает удержать на плаву нынешний однополярный мир и долларовую финансовую систему. С другой стороны, с середины 2000-х годов идёт объединение развивающихся государств по линии БРИКС и ШОС, которые ратуют за многополярный мир и альтернативную финансовую модель.

То, что обе коалиции имеют противоположные интересы, особенно заметно перед лицом международных проблем, будь то Украина, Сирия или «арабская весна». Однако в отличие от коалиций начала ХХ века, нынешние группировки – менее сплочённые. Так, Европа иногда устраивает бунт на «атлантическом корабле», а страны БРИКС не спешат связывать себя военно-политическими обязательствами.

Параллель № 7. «Пороховая бочка» готова к взрыву

На карте мира всегда есть регионы, в которых в тесный клубок завязаны геополитические, экономические и национально-религиозные противоречия. Поскольку эти «болевые точки планеты» становятся ареной борьбы между великими державами, они часто играют роль запала к большим войнам.

В начале ХХ века «пороховой бочкой Европы» считались Балканы, которые усилиями России в 1870-е годы частично избавились от турецкого ига и которые служили мостом между европейским континентом и Ближним Востоком. В 1912 году разгорелась Первая балканская война – союз Черногории, Сербии, Греции и Болгарии при поддержке Антанты атаковал Турцию, которой покровительствовали Германия и Австро-Венгрия. Но, одержав победу, они не смогли договориться между собой. Тогда в 1913 году разгорелась Вторая балканская война – теперь уже Сербия, Черногория, Греция и Румыния столкнулись с Болгарией, имевшей тесные династические связи с Берлином. Тогда дело едва не дошло до лобового столкновения между Антантой и «державами оси».

Все понимали, что мир на Балканах долго не продлится. Видя усиление независимой Сербии, Австро-Венгрия всерьёз опасалась славянского бунта внутри своей слабеющей империи, и любая поднесённая спичка могла взорвать эту «пороховую бочку». Такой «спичкой» как раз оказался знаменитый выстрел в Сараево 28 июня 1914 года, когда сербский террорист Гаврила Принцип убил австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда…

Сегодня общемировой «пороховой бочкой» является Ближний Восток, который в середине ХХ века сбросил с себя ярмо западного колониализма. Какие там только не намешаны противоречия! Перманентный конфликт между Израилем и Палестиной, споры между шиитами и суннитами, противостояние между Ираном и Саудовской Аравией, война по линии «светскость – радикальный ислам»...

Используя эти противоречия, США стараются подорвать «ближневосточную пороховую бочку» до такой степени, чтобы исламистское море хлынуло на территорию держав-конкурентов: в Китай – через населённый мусульманами Синьцзян, в Россию – через Среднюю Азию, Кавказ и Поволжье, а в Европу – при содействии арабо-турецкой общины. Этой стратегической цели служат такие «странные» действия, как войны в Афганистане и Ираке, поддержка «арабских революций» в 2011 году и агрессия против Ливии и Сирии.

Параллель № 8. Народы захлёстывает шовинистический угар

Любая большая война – это отражение духовного состояния человечества: она всегда начинается в умах и сердцах людей. Но были ли широкие народные массы психологически готовы к мировой бойне в начале ХХ века?

К 1914 году человечество подошло, имея позади десятилетия относительно мирной жизни и не зная на собственном опыте тягот войны. Достаточно благополучные европейские общества переживали духовный кризис Серебряного века с его стремлением убежать от серой повседневности. И наряду с религиозно-мистическими исканиями, творческими экспериментами и революционной активностью многие стали видеть выход в… войне.

При этом духовный кризис совпал в Европе с подъёмом националистических и милитаристских настроений, когда своё государство объявлялось источником света, а чужое – царством тьмы. Поразительно, но подобные настроения разжигали в своих странах ведущие интеллектуалы – Томас Манн в Германии, Ромен Роллан во Франции, Гилберт Кит Честертон в Британии и Николай Бердяев в России. «Великая французская нация», «германский дух», «британская исключительность» и «русская идея»... Такая пропаганда накануне 1914-го подогревала шовинистический угар.

А что же сегодня? Война вновь превратилась для большинства жителей планеты в скучную главу из учебника истории, образ светлого будущего отступает под напором мрачных ожиданий, а духовный вакуум заполняют фундаменталистские идеологии, делящие людей на «своих» и «чужих». Это может быть агрессивный либерализм («западная модель – венец прогресса»), крайний исламизм (как в Ираке), пещерный национализм (как на Украине) и так далее. Что же касается «властителей дум», то многие из них сеют не «разумное, доброе, вечное», а только взаимную вражду. Поразительно, но факт – сегодня в большинстве стран испарилось движение за мир…

В общем, духовный климат 2010-х годов во многом повторяет настроения европейцев накануне Первой мировой войны. Впрочем, к счастью, до шовинистического угара 1914 года сегодня пока далеко, и это – несмотря на старательную работу «мозгопромывочных машин».

От третьей мировой планету спасёт Россия?

Как и сто лет назад, судьба общемирового конфликта во многом зависит от того, удастся ли втянуть в него Россию. И на первый взгляд налицо немало поводов для беспокойства, поскольку сегодняшняя РФ поразительно похожа на романовскую империю 1900-х годов.

Судите сами! Обе России являются, по выражению Ленина, «слабым звеном в цепи империализма». Им обеим присуща отсталая сырьевая модель: только в начале ХХ века мы специализировались на экспорте зерна, а теперь – качаем нефть и газ. Их отличает предельно безответственная элита: во время голода в Петрограде аристократы и купцы кутили в дорогих ресторанах, а о диких загулах современных абрамовичей давно слагают легенды. Наконец, сегодняшний «креативный класс» подозрительно напоминает русскую интеллигенцию начала ХХ века, которая рассуждала по принципу: «Пусть сильнее грянет буря!»

Но самое опасное – сегодня, как и сто лет назад, мы видим попытки втянуть нашу страну в большую войну. Только роль Балкан, населённых православными единоверцами, сегодня играет постсоветское пространство и особенно Украина, где живут русские люди. И отчасти в поведении российского общества и руководства мы видим стереотипы поведения столетней давности. Так, аналогом патриотического подъёма августа 1914 года, когда сотни людей стояли на коленях перед Зимним дворцом, стала наша мартовская эйфория по случаю возвращения Крыма.

Однако при всех сходствах с ситуацией начала ХХ века есть и серьёзные отличия. Уже тот факт, как мастерски Россия избегает международных провокаций на Украине, говорит сам за себя. Кроме того, российское руководство не позволило США вовлечь РФ в новую Антанту и стравить её с сегодняшним аналогом кайзеровской Германии – Китаем. Москва и Пекин совместно работают над проектом будущего миропорядка, подготавливая условия для стремительного восхождения России после начала обрушения «долларовой пирамиды».

Всё это позволяет надеяться, что на этот раз наша страна не даст втянуть себя в такой конфликт, который спровоцирует крах её государственности. Сегодня именно России выпала миссия – сорвать чужой глобальный сценарий и уберечь человечество от «ремейка» Первой мировой войны.

Источник

Просмотров: 899

Другие комментарии экспертов

Поддержите культурно-просветительный сайт.




Комментарии пользователей

7523-й год от сотворения мира
2014-й год от Рождества Христова